Редкие земли Арктики: новые горизонты
На вопросы редакции ответил ведущий российский специалист по редкоземельным металлам и минерально-сырьевым ресурсам Кольского полуострова, советник генерального директора Федерального исследовательского центра «Кольский научный центр РАН», главный научный сотрудник, доктор технических наук, профессор Владимир Алексеевич Маслобоев
- Владимир Алексеевич, Вы занимаетесь вопросами исследования, освоения и переработки редкоземельных металлов на Кольском полуострове более 35 лет.
Каковы, на Ваш взгляд, наиболее перспективные месторождения или техногенные объекты для извлечения редкоземельных элементов на Кольском полуострове?
– Прежде всего, следует сказать о развитии ООО «Ловозерский ГОК», для которого основой стали два лопаритовых месторождения, Карнасуртское и Умбозёрское.
Карнасуртское месторождение сейчас разрабатывается. Условия добычи здесь очень сложные, что обусловлено малой толщиной продуктивного пласта, порядка 70 см. При выработке штрек увеличивают до 90 для того, чтобы обеспечить рабочим доступ для закладки взрывчатых веществ и выемки рудной массы.
Умбозёрское месторождение позволяло работать в штреках до трех метров в диаметре и широко использовать элементы механизации и транспортировки руды. В августе 1999 г. в районах Хибинского и Ловозерского горных массивов произошел горный удар, который привел к значительным обрушениям и уничтожил порядка 21 км выработки. В 2004 г. было принято решение о закрытии рудника ввиду нестабильной сейсмической обстановки.
Также известно, насколько лопаритовые руды труднообогатимы. В целом, что касается ООО «Ловозерский ГОК», то решением может стать строительство нового рудника и новой обогатительной фабрики. Совсем недавно у ООО «Ловозерский ГОК» сменился собственник. Им стало АО «Росатом Недра». Поэтому, надежда есть!
Второй или параллельный путь решения проблем ООО «Ловозерский ГОК» берет начало от того факта, что в ловозерских лопаритовых рудах для промышленного производства недостаточно магнитных редкоземельных элементов. И, если речь пойдет о получении неодима и празеодима, составы ловозерских лопаритовых руд покроют эту потребность, а если вопрос встанет о получении диспрозия и тербия, используемых для получения магнитов с более высокими рабочими температурами, то любое производство будет заведомо убыточным, неоправданным.
Но и тут природа сделала нам подарок, это гора Аллуайв в массиве ловозерских тундр. Тут сосредоточено эвдиалит-лопаритовое месторождение. Здесь суммарный состав редких земель сдвинут к иттрию и среднетяжелым редким землям. По оценкам запасов, разработка этого месторождения в перспективе позволит обеспечить страну и диспрозием, и тербием.
Если оценивать месторождения по инфраструктурным преимуществам, то наиболее привлекательно и перспективно, конечно, Африкандское перовскит-титаномагнетитовое месторождение.
В перовските порядка 50% диоксида титана. Диоксид титана используется в первую очередь в лакокрасочной промышленности. Потребность Российской Федерации варьируется от 100 до 250 тыс. т в год.
Безусловно, интересным является Сахарйокское месторождение, расположенное в 85 км от поселка Ревда. Руды здесь по редким землям бедные, но из них, и это было показано еще в 1988 г., можно получать товарные концентраты бритолита, циркона и флюорита.
На Кольский полуостров приходится больше 50% запасов российских редких земель. Из них 30% содержится в апатит-нефелиновых рудах Хибинского массива. Есть редкие земли и в Ковдорском апатите, но там их раза в три меньше по содержанию.
В этой связи нельзя не сказать об использовании техногенного сырья, то есть о том, что остается после переработки апатитового концентрата. В основе этой переработки лежит сернокислотная технология, после которой выделяются два продукта, – примерно 70% это фосфогипс и 30% это экстракционная фосфорная кислота. Позиция ФосАгро и Еврохима ясна: отлаженное производство, минеральные удобрения, фосфатные, комбинированные. Высокая доходность, стабильный спрос на продукт, санкции не накладывают! Зачем заниматься редкоземельными элементами, которых в объеме производства меньше процента? При этом, займись этой проблемой один только Череповецкий завод, он один бы закрыл существующие потребности России в редких землях.
Тем на менее в 2013 г. государство субсидировало опытные работы по созданию установки для извлечения редких земель из экстракционной фосфорной кислоты. Ее запустили, произвели несколько десятков тонн концентрата, которые остались не востребованы. Оказалось, нет для них покупателя. Установку закрыли.
- Каковы ключевые технологические или экологические вызовы, связанные с освоением редкоземельного сырья?
– Лопарит радиоактивный. Если сравнить его с моноцитом, – основным минералом, содержащим редкие земли, месторождения Томтор в Якутии, отличающимся радиоактивностью, сопоставимой с 5–12 %% радионуклидов в пересчете на Торий 2, то окажется, что в нем радионуклидов в 20 раз меньше. Тем не менее главная проблема при получении редкоземельных концентратов состоит в необходимости отделения радионуклидов и организации их последующего захоронения и хранения.
Поэтому, как правило, мы имеем дело с радиоактивным сырьем, и мировая тенденция состоит в том, чтобы для получения редкоземельных концентратов использовать щелочные цирконосиликаты, к которым относится, например, эвдиалит. Примечательно, что такие месторождения есть на всех континентах.
- Какую роль может сыграть переработка техногенного сырья для получения редкоземельных металлов в обеспечении стратегической независимости России?
– Сейчас доля России в мировом производстве редкоземельных оксидов меньше 1%, т.е. 2,5−2,6 тыс. т. Переработка фосфогипса позволила бы получать 70–80 тыс. т.
На мой взгляд, не следует целиком задачу переработки фосфогипса перекладывать на плечи производителей фосфатов, а привлекать к этой работе другие компании. И при этом основное производство нужно ориентировать не на редкие земли, а на строительные материалы, – гипсовый камень, добавки в цемент и т.д.
Например, потребности в гипсовом камне оцениваются миллионами тонн, а на такой базе хорошего сбыта можно позволить себе экспериментировать с редкими землями и развивать их производство.
- Существуют ли перспективы привлечения международных инвестиций или кооперации по развитию производства редких земель на Кольском полуострове?
– Нет. Чаще всего, как показал опыт подобных консорциумов, на примере сотрудничества в этой сфере США и Китая, интерес иностранного инвестора состоит в передаче неразделенного, необогащенного минерального сырья в обмен на продукцию из него, т.е. размещение экологически опасных производств не на своей территории.
При этом Россия сегодня обладает всеми компетенциями переработки и разделения редких земель. Такие технологии, например, используются на Чипецком механическом заводе в Удмуртии.
- Каковы, на Ваш взгляд, приоритетные направления взаимодействия науки и промышленности для роста отрасли редкоземельных металлов в Арктике?
– Кольскому научному центру удалось сохранить все направления научных исследований, включая геологию, горное дело, обогащение полезных ископаемых, химию, экологию, а также технико-экономические аспекты производства, в результатах которых заинтересованы производственники.
В 2025 г. ФИЦ КНЦ РАН получил грант Минобрнауки в размере 250 млн руб. для создания Инжинирингового центра, в котором будут сосредоточены уникальное оборудование, современные технологии исследований и научный кадровый потенциал. Важно, что финансирование уже пошло, закупается оборудование, начаты первые исследования.
- Каковы наиболее острые проблемы поиска и формирования рынка сбыта редкоземельных металлов, добытых и переработанных на Кольском полуострове? Какие шаги предпринимаются или могут быть предприняты для привлечения конечных потребителей как внутри России, так и на внешних рынках?
– Мировая практика показала, что для того, чтобы производство было устойчивым, необходимо, чтобы 70% продукции этого производства, а мы говорим о редкоземельной отрасли, употреблялось внутри страны.
Создание внутреннего рынка – это государственная задача. Однако, по мнению ряда экспертов, сегодня у государства неправильное представление о редкоземельной отрасли. Предполагается, что это, как добыча золота, высокоприбыльный бизнес, – только толкни, и все заработает.
Кроме того, должны быть экспортные возможности. Сегодня фактически их нет.
Материал подготовлен Еленой Владимировной Никитиной, руководителем отдела специальных проектов журнала «Горная промышленность»
Материал подготовлен Еленой Владимировной Никитиной, руководителем отдела специальных проектов журнала «Горная промышленность»
